?

Log in

No account? Create an account
Предыдущий пост Распространить тоталитарную пропаганду Следующий пост
Конец Гражданской войны
Основной
colonelcassad
Небольшой исторический экскурс на тему расправ с белыми офицерами в Крыму. Принято представлять, что произошедшее имело вопиющий и беспрецедентный характер, хотя довольно нетрудно найти историческую аналогию обратившись к истории Древнего Рима, где имел место фактически такой же эпизод в период Гражданской войны между Цезарем и Помпеем.
Да и в целом, окончание Гражданской войны в Риме в изложении Теодора Моммзена, дают исключительно богатую почву для проведения явных аналогий. Думаю читая выложенный ниже материал, читатели легко увидят, сколь много общего в кровавом завершении Гражданских войн в России и Римской Республике.

События происходят в Северной Африке  уже после поражения Помпея при Фарсале и его гибели в Египте.

Теодор Моммзен

Цитаты из книги выдающегося немецкого история XIX века Теодора Моммзена "История Рима" (Том III, стр.407-411).

Наконец Цезарь, собрав свои последние подкрепления, обратился против Тапса. Как уже было сказано, Сципион сильно укрепил этот город и допустил этим ошибку, - он дал противнику ясную цель для нападения; к первому промаху он вскоре присоединил второй, еще менее простительный, а именно: для спасения Тапса он дал сражение, давно ожидаемое Цезарем и с полным основанием отклонявшееся до этого Сципионом, на такой почве, где решение дела переходило в руки линейной пехоты. Легионы Сципиона и Юбы продвинулись к самому берегу против лагеря Цезаря, передние ряды - совсем готовые к бою, задние - занятые разбивкой укрепленного лагеря. Одновременно с этим гарнизон Тапса готовил вылазку.

Для отражения ее было достаточно передовых постов Цезаря. Привычные к бою легионы его, верно оценив врага уже по неудачной расстановке его сил и плохо сомкнутым частям, заставили трубить атаку, прежде чем главнокомандующий дал знак к наступлению, пока неприятель еще был занят рытьем окопов, и двинулись по всей линии. Впереди всех был сам Цезарь, который. видя что войско идет вперед, не ожидая его указаний, устремился на врагов во главе его.
Правое крыло, стоявшее впереди остальных отрядов, отбросило посредством метательных ядер и стрел находившуюся перед ними линию слонов на войско неприятеля (это было последнее большое сражение, в котором были пущены в дело эти животные). Прикрытие были изрублено, левое крыло врага разбито и вся линия смята.
Поражение было тем более сокрушительным, что новый лагерь разбитой армии еще не был готов, а старый же находился на большом расстоянии; оба лагеря были заняты один за другим почти без сопротивления.
Вся масса разбитого войска побросала оружие и просила пощады; но солдаты Цезаря были уже не те, которые воздержались от боя при Илерде и честно щадили безоружных при Фарсале. Привычка к междоусобиям и озлобление, оставшиеся у них после мятежа, страшным образом проявились на поле битвы при Тапсе. Если гидра, против которой приходилось бороться, получала все новые силы, если войско перебрасывалось из Италии в Испанию, из Испании - в Македонию, из Македонии - в Африку, если страстно желанный покой никак не наступал, то солдаты искали, и не без основания, причину этого в несвоевременной мягкости Цезаря. Они поклялись вознаградить себя за то, что упустил из виду их полководец, и оставались глухи к мольбам безоружных сограждан и к приказаниям Цезаря и высших офицеров. Пятьдесят тысяч трупов, покрывших поле битвы при Тапсе, - в числе которых были многие офицеры Цезаря, известные как тайные противники новой монархии и приколотые при случае своими же , - свидетельствовали о том, какими средствами солдаты добывают себе отдых. Победоносная же армия насчитывала не более 50 убитых.
Самоубийство Катона-младшего в Утике
Когда вслед за тем Фауст Сулла, сын регента, и Луций Афраний прибыли с поля боя в Утику с сильным отрядом конницы, Катон сделал еще попытку отстоять с их помощью город, но с негодованием отверг их требование позволить им прежде всего заколоть ненадежных граждан Утики и предпочел отдать без сопротивления в руки монарха последний оплот республиканцев, чем подобной резней осквернить республику при ее издыхании. После того как он - частью собственным авторитетом, частью щедрыми приношениями - по возможности сдерживал ярость солдат против несчастных жителей Утики и с трогательной заботливостью доставлял, насколько это было в его власти тем, кто не хотел доверится милосердию Цезаря, средства к бегству,  тем же, кто хотел оставаться, возможность капитулировать на сколь-нибудь сносных условиях, - после того, как он убедился, что не может больше принести пользы, он счел себя вправе сложить с себя власть, удалился в свою опочивальню и вонзил себе меч в грудь.
Из остальных вождей спаслись немногие. Бежавшие из Тапса всадники наткнулись на отряды Ситтия и были изрублены или взяты в плен; их вожди Афраний и Фауст, были выданы Цезарю, и так как он не казнил их немедленно, были убиты его ветеранами во время волнений.
Главнокомандующий Метелл Сципион с флотом разгромленной партии очутился во власти крейсерских судов Ситтия и заколол себя, когда его хотели схватить.
Царь Юба, приготовившийся к такому исходу, решил покончить с собой царственным, как ему казалось, образом: он приказал  соорудить на площади своего города Замы громадный костер, который вместе с его телом должен был поглотить все его сокровища и трупы всех граждан города. Но жители города не имели никакого желания служить декорацией при погребальном торжестве африканского Сарданапала и закрыли ворота перед царем, когда он, спасаясь бегством с поля сражения, появился у стен города в сопровождении Марка Петрея. Одна из одичавших в шумном и причудливом наслаждении жизнью натур, который в состоянии превратить для себя даже смерть в пьяное пиршество, Юба направился вместе со своим спутником на одну из своих вилл, велел приготовить обильную трапезу и по окончании ее предложил Петрею смертельный поединок. Победитель Катилины принял роковой удар от руки царя, и вслед за этим Юба приказал заколоть себя одному из своих рабов.
Немногие выдающиеся люди, которым удалось спастись, например Лабиен и Секст Помпей,  последовали за старшим братом Секста в Испанию и, как некогда Серторий, в горах и водах этой все еще полунезависимой страны искали последнее убежище как разбойники и пираты.
Смерть Гнея Помпея Великого.
Борьба, предпринятая Помпеем и республиканцами против Цезаря, кончилась, спустя четыре года, полным торжеством нового властителя. Монархия, правда, была упрочена не на полях битв при Фарсале и при Тапсе; она вела свою историю с той минуты, когда Помпей и Цезарь основали общими силами свое совместное господство и свергли прежнее аристократическое правление. Но все-таки лишь кровавое крещение 9 августа 706 г. (от основания Рима) и 6 апреля 708г. придало новой монархии устойчивость и формальное признание и устранило совместное правление, противоречащее сущности единодержавия.
Восстания претендентов и республиканские заговоры могли возникать и потом, вызывая новые потрясения, может быть,  даже новые революции и реставрации, но продержавшаяся без перерыва в течении полутысячелетия традиции свободной республики была прервана, и на всем пространстве обширного Римского государства законной силой совершившегося факта утверждена монархия.
Конституционная борьба окончилась, и что ей действительно пришел конец, доказал Марк Катон, бросившись на свой меч. Он уже много лет был вождем в борьбе законной республики против ее притеснителей; он продолжал эту борьбу даже тогда, когда в нем самом уже давно угасла надежда на победу. Но теперь, сама борьба стала невозможна; республика созданная Марком Брутом, умерла и никогда не могла больше возродиться; что еще оставалось делать на этом свете республиканцам? Сокровище было похищено, страже больше нечего было делать, - кто же стал бы ее порицать, за то, что она вернулась домой?
В смерти Катона гораздо больше благородства и в особенности смысла, чем в его жизни.  Катон меньше всего может быть назван великим человеком; но при всей своей недальновидности, превратности взглядов, утомительной надоедливости  и фальшивых фразах, которые сделали его и для того времени, да и на веки, идеалом тупого республиканизма и любимца тех, кто им спекулирует., он все-таки был единственным человеком, сумевшим во время этой агонии с честью и отвагой быть представителем великой,  но обреченной на крушение системы.
Катон играл более крупную историческую роль чем многие люди, далеко превосходившие его в умственном отношении, потому что перед незатейливой истиной даже самая мудрая ложь чувствует себя глубоко бессильной и потому еще, что все величие и доблесть человеческой природы обуславливается в конце концов все-таки не мудростью, а честностью.
Глубокое и трогательное значение его смерти усиливается еще тем обстоятельством, что сам он был безумен; именно потом,  что Дон-Кихот - безумец, он и делается трагической личностью. Потрясающее впечатление выносишь, видя, что на мировой сцене, где волновалось и действовало столько великих и мудрых мужей, эпилог был предоставлен глупцу. Но он погиб не даром.
Это был ужасающе резкий протест республики против монархии, когда последний республиканец сходил со сцены в ту минуту,  когда появился первый монарх: то был протест, который разорвал как паутину, всю мнимую законность, которой Цезарь облек свою монархию, и обличил во всей его лицемерной лживости тот лозунг примирения партий, под чьей эгидой возникло господство нового властителя.
Непримиримая война, которую в течении нескольких столетий, от Кассия и Брута до Тразеи и Тацита и даже значительно позже, вел призрак легитимной республики против монархии Цезаря, - это война заговорщиков и литераторов является тем наследством, которое умирающий Катон оставил своему врагу. Всю свою горделивую, риторически трансцендентальную, строгую, безнадежную и до гроба неизменную линию поведения эта республиканская оппозиция восприняла от Катона и непосредственно после смерти начала почитать, как святого, того человека, который при жизни часто служил поводам к насмешкам. Но величайшим из этих выражений почета было то невольное уважение, которое оказал ему Цезарь, отступив только для Катона от пренебрежительной мягкости, с которой привык обращаться со своими противниками, помпеянцами и республиканцами, и преследуя Катона даже за гробом той энергичной ненавистью, какую испытывают обыкновенно практические государственные люди к столь же опасным, сколь и недосягаемым врагам, которые противодействуют им в области идеалов.
PS. Примечательно, что данный текст написанный в XIX веке во многих аспектах применим и к событиям Гражданской войны в России.

Подписаться на Telegram канал colonelcassad

promo colonelcassad июнь 11, 17:10 172
Buy for 750 tokens
На днях пересекся в Севастополя с Максимом Григорьевым, которого хорошо знаю еще по 2014-2015 году, когда он подготовил два отличных отчета, где были задокументированы военные преступления, пытки и факты жестокого обращения со стороны ВСУ, СБУ и МВД Украины за 2014-2015 года…

  • 1
В римской истории можно много аналогий найти. Вот хотя бы пишет Публий Корнелий Тацит:
"Правду стали всячески искажать - сперва по неведению государственных дел, которые люди начали считать себе посторонними, потом - из желания польстить властителям или, напротив, из ненависти к ним. До мнения потомства не стало дела ни хулителям, ни льстецам. Но если лесть, которой историк пользуется, чтобы преуспеть, противна каждому, то к наветам и клевете все охотно прислушиваются; это и понятно: лесть несет на себе отвратительный отпечаток рабства, тогда как коварство выступает под личиной любви к правде."

Есть маленькое "Но..."

В Римской гражданской войне римляне убивали римлян.
В нашей гражданской войне русских истребляли мадьяры, латыши, китайцы, евреи и прочие интернационалисты...
Бела Кун родился в Луганске?
Розалия Землячка имела отчество Ивановна?

Есть ДВА маленьких "Но..."

А чего одну сторону вспоминаем?
1.
У первопоходника Султан-Келеч Гирея было отчество Иванович?
Или Роберт-Николай-Максимилиан фон Унгерн-Штернберг такое отчество имел?
Оно конечно, в своё время, он перекрестился в Романа Федоровича - но папашу его точно Теодор-Леонгард-Рудольф звали.
Гайда, Чечек, Свобода, Крейчи (участники второй стороны в тандеме "чехи-венгры") - родились в Луганске или Челябинске?
2.
Чехов, японцев, румын, англичан, французов, американцев, греков и прочих - уже не помним? Или они истребляли не русских?

Re: Есть маленькое "Но..."

Херню не городи. Красная армия была по составу такая же русская как и белая.

Re: Есть маленькое "Но..."

Сколько тех мадьяр и китайцев было в процентом соотношении?Одного процента не набиралось.Русские убивали русских,впрочем в гражданской войне всегда так,через это прошли многие нации.

Они вернулись. Свечин, например...Слащев-Крымский...
Не смогли жить без Родины, без России.
Их что, убили РУССКИЕ?

«Я встречался со Слащевым. Ирония судьбы: в Крыму я от него прятался, ненавидел его как лютого врага, а в Москве мы как-то оказались рядом на Красной площади во время военного парада. Если говорить честно, видеть Слащева было для меня хуже всякой пытки»,
ПАПАНИН И.Д. ЛЁД И ПЛАМЕНЬ Мемуары

«Когда произошла эвакуация, он вместе со всеми уехал в Константинополь и начал печатно оправдываться перед "судом общества" в своей правоте, а потом и вовсе порвал с белыми и уехал на пароходе к красным, с которыми боролся столько лет. В Москве его убили с улицы через окно. Ходили слухи, что это сделали "внутренние" белые, мстя за предательство, другие винили красных. Мне кажется, первая версия правдоподобнее. Мне жаль его...»
Митрополит Вениамин (ФЕДЧЕНКОВ) Россия между верой и безверием

Я это к чему...

Инспирированная международными силами, война на уничтожение мощного, единого русского государства мало-помалу переросла в войну на уничтожение русского народа как такового.
И не важно, как назывались эти силы, Третий ли Интернационал ("Мы большевики, а потому на Россию нам плевать!" "А ну, товарищ, держи, не трусь- пальнем-ка пулей в Святую Русь!")или международное финансовое закулисье...

Re: Я это к чему...

"— По-видимому «союзники» собираются превратить Россию в британскую колонию, — писал Троцкий в одной из своих прокламаций к красной армии. И разве на этот раз он не был прав? Инспирируемое сэром Генрихом Детердингом, всесильным председателем компании Royal Dutch Shell, или же следуя просто старой программе Дизраэли-Биконсфильда, британское министерство иностранных дел обнаруживало дерзкое намерение нанести России смертельный удар, путем раздачи самых цветущих русских областей союзникам и их вассалам.

Вершители европейских судеб, по-видимому, восхищаясь своею собственною изобретательностью: они надеялись одним ударом убить и большевиков, и возможность возрождения сильной России.

Положение вождей белого движения стало невозможным. С одной стороны, делая вид, что они не замечают интриг союзников, они призывали своих босоногих добровольцев к священной борьбе против советов, с другой стороны — на страже русских национальных интересов стоял никто иной, как _интернационалист Ленин, который в своих постоянных выступлениях не щадил сил, чтобы протестовать против раздела бывшей Российской Империи, апеллируя к трудящимся всего мира_." Автор - великий князь Александр Михайлович ( http://militera.lib.ru/memo/russian/a-m/19.html )


А тут ( http://www.sociodinamika.com/lib/nik_sad.html ) читайте письмо 26 окт. 1918 - 8 нояб. 1918. Автор - один из идеологов черносотенного движения Борис Никольский, монархист, само собой.

Худого лично мне и моей семье большевики ничего не сделали, а доброго и хорошего много. Враги у нас общие — эсеры, кадеты и До октябристов включительно. Демократическим элементам их программы сочувствую, не во всем, конечно, а все-таки, даже то, в чем не сочувствую, считаю исторически неизбежным, как временное бедствие: лес рубят — щепки летят. В активной политике они с не скудеющей энергиею занимаются самоубийственным для них разрушением России. Это разрушение исторически неизбежно, необходимо: не оживет, аще не умрет. И они торопят, они не только торопят: они действительно ускоряют события. Ни лицемерия, ни коварства в этом смысле в них нет: они поистине орудие исторической неизбежности. Разумеется, к ним прилипли, как железные опилки к магниту, все мерзавцы — по крайней мере худшие — старого порядка и все мерзавцы нового; но лучшие в их собственной среде сами это чувствуют, как кошмар, как мурашки по спине, боясь в этом сознаться себе самим; а с другой стороны в этом их Немезида: несите тяготы власти, захватив власть! Знайте шапку Мономаха!

Полковник, а вот почему Вы цитируете историка (чьи данные за прошедший век могли, мягко говоря, устареть), а не какой-нибудь источник, а лучше несколько, посвящённый этому периоду? Приведу парочку известнейших: "Жизнеописания 12 цезарей" Гая Светония Транквилла, «Записки о гражданской войне» самого Цезаря, труды Цицерона, который хоть и был идейным противником Цезаря, но оставил много интересных данных по тому периоду.

Не совсем в тему...

... современники называли Светония "порнографом" именно за его 12 цезарей.

Ценность работы Моммзена в том, что его фундаментальный труд базируется на переводах с каменных табличек, читай первоисточниках того времени. Значительную часть того, что мы знаем о Риме, мы знаем благодаря ему - именно он потратил часть своей жизни на поиск и перевод этих самых табличек.

Скорее аналогии нужно искать не из Рима, а из Великой Французской революции.
Кстати, Троцкий упоминал, что у РСФСР было столько же революционных армий, как и во Франции 18 века. Четырнадцать.
Там и тут были террор, как белый так и красный.
Там и тут были изъятие земель у помещиков-дворян в пользу крестьян. Эмиграция, борьба с церковью (из Франции сбежало 40 тыс священников), интервенции, голод и т.д.

Гражданские войны в своей жестокости в любой период весьма похожи.
Рим выбрал, дабы показать, как без всяких большевиков, евреев и масонов единоплеменники люто расправлялись друг с другом.

  • 1