?

Log in

No account? Create an account
Предыдущий пост Распространить тоталитарную пропаганду Следующий пост
Отечество и пророки
Основной
colonelcassad


Глазьев про текущую экономическую политику. План Глазьева как известно осенью в целом завернули, но он продолжает свою заочную дискуссию с "кудринским блоком".

Академик РАН Сергей Юрьевич Глазьев отвечает на вопросы «Завтра». Беседу вёл Александр Нагорный.
По многочисленным просьбам наших читателей мы встретились с академиком РАН С.Ю.Глазьевым. Он широко известен не только как мирового уровня учёный-экономист, автор теории глобальных технологических укладов, но и как разработчик прорывной антикризисной программы, гарантирующей выход отечественной экономики на траекторию быстрого и устойчивого роста. Именно эта программа стала поводом для беспрецедентной за последние 60 лет кампании по диффамации её автора, развязанной теми силами российского общества, которые позиционируют себя в качестве неутомимых и непримиримых борцов за свободу мысли и слова.


— Сергей Юрьевич, как вы относитесь к критике предложенной вами программы? Насколько эта критика, по-вашему, конструктивна?
— Если не считать замечаний от ряда высокозатратных сфер бизнеса относительно ограничения торговой надбавки по отношению к себестоимости продукции, то конструктивной критики не было — попытки дискредитации с переходом на личности…
Предложенная мною программа основана на научных знаниях о закономерностях развития современной экономики и объективной оценке положения нашей экономики. Поэтому оппоненты предпочитают оспаривать не её, а связанные с ней образы, которые они рисуют в собственном воображении с целью запугивания читателей. Во-вторых, все мои предостережения в отношении проводимой экономической политики полностью подтвердились: начиная от последствий шоковой терапии 90-х и заканчивая нынешней политикой «таргетирования» инфляции. Наконец, в-третьих, и это самое главное, моя критика той макроэкономической политики, которую ведёт сейчас финансово-экономический блок, затрагивает интересы могущественных лиц и кланов, заинтересованных в её продолжении.

— Вы имеете в виду спекулянтов?
— Не только, хотя именно они стали главными выгодоприобретателями политики «таргетирования» инфляции. Вследствие самоустранения Банка России от выполнения своей конституционной обязанности по обеспечению устойчивости рубля контроль над валютно-финансовым рынком перешёл к спекулянтам, которые манипулируют курсом рубля, извлекая гигантские сверхприбыли на его колебаниях.

— За это в Америке сажают до конца жизни, в Англии штрафуют до последней нитки, а в Китае расстреливают…
— Не пугайте. У нас на этом «зарабатывают». На декабрьском обвале курса рубля «заработали» около 20 млрд. долл. На обратном скачке — ещё миллиардов пять. Рентабельность биржевых операций на колебаниях курса рубля достигает 80% годовых. Неудивительно, что деньги из реального сектора экономики устремились на Московскую биржу, где объём операций вырос в этом году вдвое — при обвальном падении производства и инвестиций. Парадокс заключается в том, что такие скачки обменного курса рубля происходят на фоне того, что он, как валюта, остаётся наиболее обеспеченной (объём золотовалютных резервов почти вдвое превышает величину денежной базы) и одновременно — наиболее недооценённой в мире (согласно данным ОЭСР, курс рубля по его паритету покупательной способности ещё до декабрьского обвала был выше номинального более чем втрое). Это означает, что по фундаментальным условиям внешнеэкономического обмена рубль должен находиться среди самых устойчивых валют мира. Тем более — с учётом профицита торгового баланса России. Но нет, он оказался самым волатильным.

— Из-за снижения нефтяных цен?
— На этот фактор, как показывает девальвация валют других нефтедобывающих стран, можно списать около 10% произошедшего снижения курса рубля. Всё остальное — следствие спекулятивной атаки, спровоцированной переводом курса рубля в свободное плавание. 95% операций на ММВБ носят чисто спекулятивный характер, то есть совершаются без какой-либо связи с товарообменными сделками или прямыми инвестициями. При этом ¾ операций на нашем финансовом рынке совершается нерезидентами, которые доминируют в его валютном сегменте.

— Но среди них наверняка имеются и российские игроки, «сидящие» в офшорах…
— Конечно. По оценкам экспертов, около 80% иностранных инвестиций российская экономика получает из офшоров от наших же предпринимателей. Но формально это — деньги нерезидентов (в основном, из англосаксонской юрисдикции), которые приходят в российскую экономику как иностранные инвестиции. Далее, объём российского финансового рынка составляет полпроцента от мирового, и любой крупный иностранный банк может его легко дестабилизировать в условиях полного отсутствия ограничений на трансграничное движение капитала. Наконец, источником их происхождения может быть не только вывезенный из России капитал, но и кредиты американских или европейских банков, выдаваемые под залог прав собственности на российские предприятия. Более половины акций на российские предприятия перемещены в иностранную собственность — это следствие проводившейся два десятилетия ограничительной денежной политики, при которой эмиссия рублей шла почти исключительно под приток долларов и евро, а процентные ставки были намного выше, чем в США или в ЕС. В результате денежная база формировалась под иностранные источники кредита, и развитие экономики ориентировалось на спрос из этих стран. Следствием стала сырьевая ориентация нашей экономики и её зависимость от внешних рынков. Это и предопределило болезненность западных санкций, которые наглядно продемонстрировали, кто управляет российской экономикой.

— Вы имеете в виду МВФ?
— Если сравнивать действия Банка России с рекомендациями миссии МВФ в Москву год назад, то, действительно, они совпадают. Собственно, уверенность американской администрации в том, что Банк России будет действовать именно так, как предписал МВФ, я думаю, предопределила характер принятых ими санкций. Если бы Банк России немедленно после объявления санкций взял курс на замещение внешних источников кредита внутренними, то мы от санкций только выиграли бы. Ведь Россия является донором американской финансовой системы — ежегодно мы её субсидируем на 100–150 млрд. долл. путём размещения резервов в американские облигации и вывоза капитала. Накопленный общий объём такого вывоза уже превышает триллион долларов, в то время как величина поступивших в Россию иностранных инвестиций вдвое меньше. При этом мы уже давно выплачиваем по внешним обязательствам больше, чем получаем. Иными словами, мы вывозим длинные дешёвые деньги, а привлекаем дорогие и, в основном, короткие. Да ещё привязали к ним эмиссию рубля. Как я уже говорил, основная часть нашей денежной базы сформирована под иностранные кредиты и инвестиции. Поэтому их вывод вследствие объявленных санкций «автоматически» влечёт за собой сокращение денежной базы.
Банк России, вместо того чтобы расширить внутренний кредит, начал его сокращать, поднимая процентную ставку. Тем самым он усугубил негативное действие санкций: сжатие денежной массы и удорожание кредита автоматически вызвало падение производства и инвестиций. Ведь половина оборотного капитала в промышленности формируется за счёт заёмных средств и повышение выплачиваемых по ним процентов вдвое, до уровня, втрое превышающего рентабельность, ставит предприятия перед выбором: или сворачивать производство, или повышать цены. Девальвация рубля и удорожание импорта дала им возможность пойти по второму пути. Но когда Центробанк отпустил курс рубля в свободное плавание и дал возможность спекулянтам его раскачивать, макроэкономическая среда погрузилась в хаос, и планирование бизнеса стало невозможным. Российская экономика оказалась в стагфляционной ловушке, сочетающей спад производства и высокую инфляцию.

— Но, по словам руководителей финансово-экономического блока правительства, нижняя точка кризиса пройдена и теперь нас ждёт подьём…
— Для этого нужно дать производственной сфере кредит. Чтобы она его приняла, процентные ставки должны быть ниже рентабельности производимой продукции. В свою очередь, чтобы её купили, необходим прирост спроса, а для этого нужен рост доходов. Но проводимая сегодня политика действует в обратном направлении: сокращение бюджета влечёт снижение доходов и спроса, а высокие ставки по кредитам не позволяют наращивать производство.

— Что же нас ждёт?
— Ответ на этот вопрос содержится в Основных направлениях единой государственной денежно-кредитной политики. Представленные там ориентиры свидетельствуют о снижении денежной базы за четыре года, начиная с прошлого, на 29% в реальном выражении. Исходя из устойчивой взаимозависимости между приростами денежной массы и производства, можно прогнозировать углубление спада производства в будущем году ещё на 3–4% и на 1–2% через год. При этом, вследствие нарастающей демонетизации экономики, можно ожидать расстройство системы денежного обращения — возвращения к неплатежам и взаимозачётам, бартеру и денежным суррогатам, как это было в 90-е годы. Целевых ориентиров по инфляции достичь не удастся. Резкое падение инвестиций, объём которых сегодня и без того вдвое меньше, чем был четверть века назад, повлечёт нарастающее отставание и снижение конкурентоспособности нашей экономики, обрушение её в режим сокращающегося воспроизводства. Реинкарнация шоковой терапии обернётся ещё одним потерянным для нашей страны десятилетием.

— Сергей Юрьевич, до сих пор ваши прогнозы полностью сбывались. Уже в начале 1993 года вы предсказали катастрофические последствия ваучерной приватизации, затем — приватизации РАО ЕЭС, принятия Земельного и Лесного кодексов, последствиями которых стали, как вы и предупреждали, деградация промышленности, взлёт тарифов, земельные спекуляции и лесные пожары. В 1997 году вы предсказали дефолт государства, который произошёл в точности в указанное вами время…
— Это не я предсказал, а по моей инициативе группа экономистов-математиков под руководством Д. А. Митяева просчитала последствия сооружения финансовой пирамиды ГКО, которые мы представили руководству денежных властей за девять месяцев до краха вместе с перечнем мер по его предотвращению…

— И так же, как и сейчас, к вам не прислушались…
— Хуже того, не дали нам принять законопроект о предотвращении финансового кризиса, который предусматривал меры по демонтажу финансовой пирамиды ГКО.

— Вот и сейчас вас обзывают ретроградом, маргиналом, радикалом, пугают обывателей «возвратом к советскому тупику», а президенту доказывают, что реализация ваших предложений приведёт к катастрофе. Хотя, по-моему, именно проводимая вашими оппонентами экономическая политика трижды: в 1994, 1998 и в 2008 годах, — приводила страну к экономической катастрофе. И сейчас предстоит уже четвертое по счёту наступление на грабли. Как вы это можете объяснить?
— Любая экономическая политика есть не что иное, как результирующая суммы экономических интересов. О заинтересованности спекулянтов в «свободном плавании» курса рубля мы уже говорили. Например, некоторые американские консультанты российского правительства на спекуляциях с ваучерами и акциями приватизировавшихся предприятий получали тысячи процентов прибыли, не говоря уж о присвоенных активах и украденных технологиях. На финансовой пирамиде ГКО, наряду с западными спекулянтами, наживались сами сооружавшие её чиновники, пока не довели страну до банкротства…

— Помнится, вы проводили расследование причин того дефолта…
— Специально созданная комиссия Совета Федерации. Я лишь обеспечивал её деятельность аналитической работой. Она выявила признаки преступления в действиях ряда должностных лиц, организовавших саму пирамиду ГКО, принимавших решения о дефолте и согласовывавших его с американскими партнёрами. В частности, удалось установить, что клиенты Банка Нью-Йорка получили предложения об обмене принадлежавших им ГКО на номинированные в долларах обязательства российского правительства за месяц до дефолта…

— Ведь это сговор или измена!
— Члены комиссии тоже так решили и поэтому обратились в Генпрокуратуру…

— Да, я помню. Совет Федерации своим постановлением даже рекомендовал не допускать ответственных за эту аферу чиновников: Чубайса, Златкис, Дубинина и других, — к постам, связанным с распоряжением государственным имуществом и деньгами…
— Но они по-прежнему распоряжаются и тем, и другим…

— Да, и снова Чубайс стал героем Счётной палаты, поймавшей его на растрате сотен миллионов долларов Роснано. Напрашивается вывод о том, что наши ультралибералы по сути оправдывают политику разграбления страны в интересах западного капитала. Поэтому наиболее выдающимся из них: Чубайсу, Кудрину, а теперь ещё Набиуллиной — разные зарубежные институты и даже журналы присваивают звание «лучших»? Хотя этот потешный журнал может иметь и коммерческий интерес — вы как-то рассказывали, что в период вашего руководства Комитетом по экономической политике Государственной думы его главный редактор приходил к вам с предложением проведения заказных мероприятий…
— Результаты проводимой ими политики действительно являются лучшими с точки зрения перекачивания денег из России за рубеж и нанесения ущерба собственной стране. Последний превышает потери СССР в результате Великой Отечественной войны. Довести до банкротства самое богатое государство мира, ничего не заработать на распродаже самого большого в истории человечества массива собственности — так же, как и обрушить вдвое самую обеспеченную в мире валюту — это абсолютные рекорды экономического безумия.

— Но эта безумная политика последовательно поддерживается МВФ и лучшими умами западной экономической мысли…
— МВФ — да, лучшими умами — нет. Почитайте книгу «Реформы глазами российских и американских ученых», в которой опубликованы статьи российских академиков и американских нобелевских лауреатов. Они были солидарны в критике навязанной МВФ шоковой терапии и в эволюционном подходе к рыночным преобразованиям.

— Как это происходит на практике?
— Странам, нуждающимся во внешнем финансировании, в качестве условия доступа к западному рынку капитала навязывается тотальная либерализация экономики, включающая полное открытие своего рынка, отказ государства от собственности, регулирования цен и движения капитала. Одновременно предписывается ограничительная денежная политика, запрещающая денежную эмиссию иначе чем как в целях приобретения долларов, евро и фунтов. Тем самым обеспечивается господство западного капитала в соответствующей национальной экономике. Она подчинятся интересам иностранных, главным образом американо-европейских инвесторов. Одновременно выращивается компрадорский бизнес-слой и обслуживающая их интересы интеллектуальная прослойка. Последняя проповедует либертарианскую идеологию, которая не имеет ничего общего с наукой.

— А как же Гуриев, Кудрин, Мау, Кузьминов, Набиуллина, Улюкаев, Сонин или Юдаева?
— Я не хочу выставлять какие-то оценки своим коллегам. Вы можете сами прочитать их диссертации и составить своё мнение. Но могу сказать, что используемый ими в теории и на практике инструментарий, давно отвергнут наукой вследствие его неадекватности закономерностям развития экономики…

— Включая монетаризм и теорию рыночного равновесия?
— Как можно оценить теорию, не замечающую главный фактор развития экономики — научно-технический прогресс, так же как и его основные механизмы, связанные с институтом долгосрочного кредита? Она была в пух и прах раскритикована в выступлениях руководителей американской экономической ассоциации еще полвека назад.

— Но это же мейнстрим западной экономической мысли?!
— Скорее — не мысли, а пропаганды. Так же, как некогда политическая экономия социализма, восхвалявшая советское устройство экономики в качестве самого прогрессивного в мире, этот мейнстрим оправдывает проводимую политику как единственно правильную…

— Кстати, вас обвиняют в желании вернуть нас в советскую эпоху…
— Любой учёный, а не проплаченный агитатор, скажет вам, что возвращение в Советский Союз невозможно, как бы этого кому ни хотелось. Есть, правда, пример китайского социализма, европейской социал-демократии, японского или корейского корпоративизма, а также американского империализма. Но я не призываю копировать их опыт. Предлагаемая мною программа исходит из анализа опыта успешного экономического развития различных стран мира, включая западные, восточные и нашу собственную. Она основана на применении закономерностей развития современной экономики на основе активизации наших конкурентных преимуществ и понимании механизма взаимодействия денежного обращения с реальным сектором экономики.

— Почему вы так уверены в том, что её реализация обеспечит вывод нашей экономики на траекторию устойчивого и быстрого экономического роста с темпом не менее 5% в год?
— Это вопрос счёта. Мои предложения основаны на расчётах и исследованиях ведущих экономических институтов Российской академии наук. В том числе связанных с анализом проводимой экономической политики и научной экспертизой проектов официальных документов.

— Почему они игнорируются? Чьи интересы мешают?
— Как ни странно, интересы руководства государственных банков и корпораций. Дело в том, что предлагаемая мною программа в качестве краеугольного камня предусматривает жёсткий контроль за целевым использованием государственных денег. Это пугает тех, кто сегодня ими управляет. Они привыкли относиться к ним, как к своим собственным, и не приемлют контроля со стороны государства.

— Но ведь именно на них вы делаете ставку в своей программе?!
— Программа ориентирована на государственные институты, а не на личности, которые их сегодня возглавляют. Необходимым условием её реализации является внедрение жёстких механизмов ответственности за использование создаваемых государством денег. Если создаваемые государством деньги под обязательства расширения и модернизации производства или под государственные нужды будут разворовываться или перекачиваться на спекуляции, то инфляции не избежать.

— Получается, что главные противники ваших предложений — это руководители крупных, прежде всего государственных структур, которые и так пользуются кредитной эмиссией, но при этом никак не отвечают перед государством за целевое использование этих денег. Им не нужно ни стратегическое, ни индикативное планирование, ни государственные программы. Они получают от государства дешёвые деньги, раздают их по своему усмотрению втридорога, в случае невозврата государство спишет долги и проведёт докапитализацию. А я долго не мог понять, почему на руководящих постах ведущих государственных структур находятся либералы.
— Я бы не называл их либералами. Они лишь прикрывают либеральной трескотнёй свои коммерческие интересы, наслаждаясь безответственностью. Если бы они были настоящими либералами, то шли бы подальше от презираемого ими государства и создавали частный бизнес на свой страх и риск. Так нет же, им надо обязательно захватить управление государственной собственностью и сделать её источником собственной власти и благополучия.

— И потом оставить от этой государственной собственности обглоданные кости, присвоив себе доходы от её эксплуатации и административную ренту… Поэтому они сопротивляются вашим предложениям о введении стратегического и индикативного планирования?
— Конечно. Ведь предлагаемые мною меры по созданию многоканальной системы дешёвого долгосрочного кредита подразумевает планирование использования этих денег в целях расширения и модернизации производства, а значит и ответственность за их целевое и эффективное использование.
Потребуется налаживать настоящее частно-государственное партнёрство, отчитываться за реализацию совместно спланированных проектов. А сейчас — полная свобода распоряжения государственными деньгами, показатели эффективности подменяются финансовой отчётностью, которая у монополистов всегда будет сводиться с прибылью — в условиях господствующего положения в финансовой системе они всегда найдут способ переложить любые издержки на заёмщиков, у которых нет выбора и которым приходится платить ростовщические проценты банкам. Сегодня государство доверяет им огромные финансовые ресурсы, а они произвольно ими распоряжаются, самостоятельно определяя процент и направления кредитования. В том числе — финансируют лизинг иностранных самолётов и другой техники в ущерб отечественным товаропроизводителям и в разрез с интересами развития национальной экономики. Они относятся к государственным деньгам как к средству реализации своих частных интересов, а потому и не приемлют госконтроля за их использованием. Хуже того: чем дороже деньги, тем больше их могущество.

— Но ведь заёмщики могут разориться и у них будут убытки…
— Государство в любом случае компенсирует. А разорение заёмщика для госбанкиров — манна небесная. Ведь можно приватизировать их активы. Когда-то я был депутатом от Подольского избирательного округа, на территории которого расположено весьма успешное частное предприятие — Подольский завод цветных металлов. Собственники решили его модернизировать и взяли у Сбербанка кредит, чтобы купить новое оборудование. Внедрили передовые технологии, но в 2008 году грянул мировой финансовый кризис. Вопреки всем заверениям, российский финансовый рынок испытал самый сильный среди стран «большой двадцатки обвал». Залоги обесценились, процентные ставки повысились. Сбербанк потребовал возврата кредита. Тут же появился от него кандидат на приобретение обанкротившегося завода по сходной цене. Собственники, вложившие свои деньги и силы, остались с носом.

— Но это же типичное рейдерство?!
— Это происходит сплошь и рядом. Почему все госбанки подняли сейчас процентные ставки и ужесточили условия предоставления кредитов? Сколько их заёмщиков обанкротится? А сколько разорится предпринимателей вследствие отзыва лицензий у негосударственных коммерческих банков? Протежируемые денежными властями банкиры наживаются на повышении процентных ставок и сокращении денежного предложения. Это экономика каннибализма в худших традициях феодализма.

— Кстати, а почему ваш коллега по РАН, бывший директор Института экономики Руслан Гринберг обозвал вас академиком-каннибалом?
— Не знаю, что он имел в виду. Я выступил на президиуме РАН против избрания его протеже на пост директора этого института, упрекнув его в нарушении научной этики за представление в Госдуме псевдонаучного доклада, оправдывавшего американское вмешательство во внутренние дела Украины с целью её евроатлантической интеграции. Я просто зачитал выдержки из доклада, не давая никаких определений и тем более политических обвинений. Дело здесь не в конкретной кандидатуре на пост директора Института экономики, а в том, что сделанный им доклад был представлен в органах государственной власти от имени ведущего Института экономики РАН. Он был заказан известным банкиром в его коммерческих интересах, которые явно расходились с интересами как России, так и Украины. Что вышло из предложенной как бы от имени большой науки политики попустительства евроинтеграции Украины — судите сами. Ответственность за это несёт, конечно, не сам кандидат, а его руководители, которые, по сути, подставили молодого человека и своими попытками оправдаться превратили его в политического диссидента. Я не обвинял Головнина ни по политическим, ни по патриотическим или каким-либо иным идеологическим мотивам. Я выступил против нарушения принципов научной этики, которые подрывают репутацию нашей Академии наук…

— Оппоненты «шьют» вам то идеологию, то политику, то просто поливают грязью.
— За неимением других аргументов. Я просто говорю правду, и они бессильны её опровергнуть. Поэтому вместо научной дискуссии переходят на брань, а заодно дезориентируют руководство страны.

— Дай бог, чтобы ваша программа была востребована.
— Спасибо, желающие могут с ней ознакомиться на сайте Научного совета РАН.

http://rusrand.ru/actuals/otechestvo-i-proroki - цинк

PS. Собственно, как не трудно заметить, Глазьев продолжает настаивать на реализации своеобразного варианта госкапитализма с элементами китайской модели. Другой вопрос, что даже такие изменения не находят решительной поддержки в правящих элитах, где по прежнему правят бал неолибералы основные идеологические установки которых неадекватны задачам стоящим перед страной в текущих условиях.

План Глазьева можно посмотреть вот здесь http://colonelcassad.livejournal.com/2390811.html
Касательно самого плана писал здесь http://colonelcassad.livejournal.com/2396637.html

Подписаться на Telegram канал colonelcassad

Записи из этого журнала по тегу «Глазьев»


promo colonelcassad июнь 11, 17:10 172
Buy for 750 tokens
На днях пересекся в Севастополя с Максимом Григорьевым, которого хорошо знаю еще по 2014-2015 году, когда он подготовил два отличных отчета, где были задокументированы военные преступления, пытки и факты жестокого обращения со стороны ВСУ, СБУ и МВД Украины за 2014-2015 года…

  • 1
Неправда ваша. Глазьев здесь перекликается с Катасоновым, перекрытие ручейков вывода из страны валюты. Закрытие офшоров. Это хорошая идея но на сколько она реальна вот в чем вопрос. В условиях Глобальной Экономики - Самоизоляция как вариант, но надо понимать риски и противостояние всему остальному миру. В этом утопия Глазьева. РФ не потянет такой сценарий и россияне тоже. Факт.

>В этом утопия Глазьева. РФ не потянет такой сценарий и россияне тоже. Факт.

Утопия Катасонова (он его талмудом назвал и сказал, что русскому человеку его читать нельзя - а я взял и начал читать) и Глазьева в том, что они Маркса не читали, либо не поняли. Такую страну как РФ можно поднять с помощью социалистического ведения единого хозяйства. Одна страна - один мегазавод со своими парками отдыха, столовыми, детсадами, училищами, предприятиями и др.
Единое хозяйство под руководством буржуазии невозможно, ей частнособственнические интересы мешают. Чиновники сплавлены с бизнесменами в условиях капиталистического ведения хозяйства.

Edited at 2015-11-25 02:05 (UTC)

Интересная идея, проект. Но как вы его воплотите в жизнь?
Опять "экскримент" выйдет? Народ это воспримет так. ИМХО хотя могу и ошибаться.

Ну так нужно разобраться в периоде 30-60-х годах СССР. Пока разумные коммунисты и марксисты считают, что имело место контрреволюция.
8 августа 1953 года был введен налог на основное средство производства - землю. (говорят что Сталиным, но это могло быть сделано как крайняя мера для накоплений при очередной волне модернизации. По методу это антисоциалистически, но прагматика в тактике иногда важнее)
Заседание 20 съезда разоблачение культа.
Чиста партии от коммунистов, то есть они становились обычными членами ЦК без влияния. Чистка от соратников Сталина, противостояние "антипартийной группе".
22 съезд - отмена диктатуры пролетариата и замена конституции "ведущей ролью пролетариата" - вот формальная "вишенка" по марксизму, согласно которой можно считать начало реставрации капитализма.
1962 год - расстрел в Новочеркасске рабочих недовольных расценками и ценами.
1965 год - после снятия Хрущева он успел протолкнуть Либермановскую реформу по хозяйственному расчету (антисоциалистический) с помощью Косыгина она воплощена в жизнь.
Далее уже добивали различным образом. Но основной перелом был именно в эти года, там уже дальше вырождение и деградация кадров происходила. В 70-х годах была какая то группа коммунистов, считавших что был переворот, но не знаю про нее.

>Опять "экскримент" выйдет?

Есть газетные вырезки и статистика тех времен. Разберитесь почему зарабатывали так много некоторые (по 2-10 тыс рублей), а жить можно было на 150 рублей. Тарифные сетки в сети были.



Edited at 2015-11-25 02:17 (UTC)

Вы все про прошлое...

Это даже не смешно. Сейчас время ускорено примерно 1 к 10, информационные технологии, компьютеры, а вы с деревянными счетами... Чего насчитаете? Чё там у ... Кого?)
Если серъезно то слушал рассуждения математика-академика который говорил что ссср распался потому как компьютеров не было, вал информации не успевали, не могли обработать. Технологии.


Я про настоящее, методы те же. Ничто не ново под Луной.

Технологии другие, значит и методы меняются. Не фатально конечно, но определенный "перекос" существует. Капитализм зашел в тупик изза глобализации. Насколько я понимаю никто из экономистов ввобще не может предположить что будет дальше.

Это субъективный подход. Распадался СССР в несколько этапов, я сказал о ключевом моменте, перестройка - это уже мелочи.

История уже никому неинтересна. Старые схемы умерли.

И что по-вашему надо делать? Как подниматься?

Я "Царя-Никиту" не люблю, но не надо на него возводить напраслину в том, чего он не делал. Хрущев не собирался проталкивать никаких "либермановских реформ", этим занимались уже дяди, пришедшие к нему на смену.

Либерман из Харькова, Хрущев его знал.

> Либерман из Харькова, Хрущев его знал.

Тогда получается еще интереснее. 9 сентября 1962 года в "Правде" выходит статья Либермана "План, прибыль, премия". А в ноябре, как вспоминал Глушков:

"Задача построения общегосударственной автоматизированной системы управления (ОГАС) экономикой была поставлена мне первым заместителем Председателя Совета Министров (тогда А.Н. Косыгиным) в ноябре 1962 года. К нему меня привел президент Академии наук СССР М.В. Келдыш, с которым я поделился некоторыми своими соображениями по этому поводу.

...В июне 1964 года мы вынесли наш проект на рассмотрение правительства. В ноябре 1964 года состоялось заседание Президиума Совета Министров, на котором я докладывал об этом проекте.

...Начиная с 1964 года (времени появления моего проекта) против меня стали открыто выступать ученые-экономисты Либерман, Белкин, Бирман и другие, многие из которых потом уехали в США и Израиль. Косыгин, будучи очень практичным человеком, заинтересовался возможной стоимостью нашего проекта. По предварительным подсчетам его реализация обошлась бы в 20 миллиардов рублей. Основную часть работы можно сделать за три пятилетки, но только при условии, что эта программа будет организована так, как атомная и космическая. Я не скрывал от Косыгина, что она сложнее космической и атомной программ вместе взятых и организационно гораздо труднее, так как затрагивает все и всех: и промышленность, и торговлю, планирующие органы, и сферу управления, и т.д. Хотя стоимость проекта ориентировочно оценивалась в 20 миллиардов рублей, рабочая схема его реализации предусматривала, что вложенные в первой пятилетке первые 5 миллиардов рублей в конце пятилетки дадут отдачу более 5 миллиардов, поскольку мы предусмотрели самоокупаемость затрат на программу. А всего за три пятилетки реализация программы принесла бы в бюджет не менее 100 миллиардов рублей. И это еще очень заниженная цифра.

Но наши горе-экономисты сбили Косыгина с толку тем, что, дескать, экономическая реформа вообще ничего не будет стоить, т.е. будет стоить ровно столько, сколько стоит бумага, на которой будет напечатано постановление Совета Министров, и даст в результате больше. Поэтому нас отставили в сторону и, более того, стали относиться с настороженностью. И Косыгин был недовлен. Меня вызвал Шелест и сказал, чтобы я временно прекратил пропаганду ОГАС и занялся системами нижнего уровня."

При этом, как пишет Михаил Антонов в своей работе "Капитализму в России не бывать!": "Косыгин, будучи заместителем председателя Совета Министров СССР и председателем Госплана, долго сопротивлялся проведению реформы по Либерману. Однако после Октябрьского (1964 г.) Пленума ЦК КПСС, который снял Хрущёва со всех постов, Косыгин стал председателем Совета Министров СССР и вскоре приступил к проведению этой реформы."

То, что Хрущев особо в экономике не разбирался, факт известный. Потому я и написал, что не стоит на Хруща гнать напраслину. Но в отличии от него Косыгин как раз разбирался и становится странным такой его поворот. Михаил Антонов считает, что Косыгин был мол "питерским интеллигентом" и всегда был сторонником рынка, но тогда выходит, что в 1962 году Косыгин "не понимал Либермана", а в 1964 году, когда стал Председателем Совета Министров СССР, вдруг "перестроился, осознал и вспомнил все".

>Такую страну как РФ можно поднять с помощью социалистического ведения единого хозяйства.
>Единое хозяйство под руководством буржуазии невозможно, ей частнособственнические интересы мешают. Чиновники сплавлены с бизнесменами в условиях капиталистического ведения хозяйства.

Еще есть проблемка, кто будет стараться строить разумное хозяйство? При капитализме думать особо не надо, всё может и само построиться. А кому надо прямо стараться создавать эффективное хозяйство?

Хотя, конечно, по закону сейчас должен быть СССР.

>А кому надо прямо стараться создавать эффективное хозяйство?

Людям

>Хотя, конечно, по закону сейчас должен быть СССР.

Какому такому закону?

  • 1