?

Log in

No account? Create an account
Предыдущий пост Распространить тоталитарную пропаганду Следующий пост
Наука и лженаука говорят по разному
Швондер
colonelcassad


Для тех, кто периодически в комментариях вопрошает, откуда берутся горы псевдо-исторической и псевдонаучной литературы и что с этим делать.
Отличная статья старшего научного сотрудника Института Востоковедения РАН Светланы Бурлак на тему отличий науки от лженауки на примере филологии.

Происхождение и эволюция языка: наука и лженаука говорят об этом по-разному

В нынешние времена задача научиться быстро отличать научную работу от лженаучной чрезвычайно актуальна, поскольку, во-первых, сейчас, как никогда распространена идея, что в науке нет ничего твёрдо установленного, есть лишь мнения, и ни одно из них не хуже другого, во-вторых, публикация любых идей чрезвычайно проста и независима от их качества, а в-третьих, для того, чтобы поймать автора работы на конкретной ошибке, читатель должен обладать большим количеством специальных знаний. Между тем, научные и лженаучные работы имеют целый ряд характерных внешних различий, заметных даже неспециалисту.

На роль теории годится отнюдь не любое произвольное высказывание.П. Старокадомский

Происхождение и эволюция языка – проблематика, особенно привлекательная для лжеучёных. Во-первых, стремление к познанию причин – это едва ли не основная составляющая «адаптации к когнитивной нише» [Pinker S. Language as an adaptation to the cognitive niche // Language evolution / Ed. by Christiansen M.H., Kirby S. — Oxford: Oxford Univ. Press, 2003. — P. 16–37], главной нашей специализации в природе, и человеку очень хочется знать, почему мир устроен так, как он устроен (а этот вопрос понимается как вопрос о том, что было до того, как стало так, как сейчас). Во-вторых, о человеке размышлять большинству людей интереснее и приятнее, чем, например, о розовой хлебной плесени [Марков А.В. Эволюция человека. Том 1. Обезьяны, кости и гены. – М.: Corpus, 2012. – с. 13]. В-третьих, свободное владение родным языком может создавать ложное впечатление, что в языке нет никаких тайн и загадок, в нём всё самоочевидно. Особенно усилилась активность лжеучёных в нынешние постмодернистские времена, когда возобладала идея, что в науке нет ничего твёрдо установленного, есть лишь мнения, и ни одно из них не хуже другого. А поскольку опубликовать свои идеи сейчас, в эпоху интернета, очень легко – независимо от качества идеи, – информационное пространство оказывается засорено колоссальным количеством всяческого бреда, маскирующегося под научные работы.

Коварство происхождения и эволюции языка ещё и в том, что тема эта чрезвычайно мультидисциплинарна – желательно знать много языков, палеоантропологию, археологию палеолита, нейрофизиологию, генетику, разбираться в поведении животных и т.д. Знать все эти области на приличном уровне если и возможно, то очень непросто. Поэтому специалист в какой-то одной области вполне может, будучи дилетантом в другой, развивать лженаучную теорию. И даже если автор теории не понимает вовсе ничего, схватить его за руку бывает чрезвычайно затруднительно, поскольку обилие информации, приводимой автором теории, может создавать иллюзию его компетентности. Так, например, бывало с работами Николая Яковлевича Марра [Алпатов 2012: 21]: «Как отмечал Е.Д. Поливанов, русисты, читая Марра, говорили, что русская часть его построений неубедительна, зато про шумерский язык очень интересно, а специалист по шумерскому языку (вероятно, имеется в виду В.К. Шилейко) считал, что про шумерский язык всё неправильно, зато про русский язык любопытно».

Поэтому, на мой взгляд, назрела необходимость создать технологию, позволяющую отличить настоящую научную работу от работы, которая лишь прикидывается таковой. Как пишет Л.Б. Вишняцкий, «нельзя не знать «матчасть», т.е. быть невеждой в той области науки, где ты вознамерился сказать новое слово. Нельзя извращать факты, «высасывать» их из пальца, т.е., попросту говоря, лгать. Нельзя вербовать единомышленников помимо их воли, т.е. приписывать цитируемым авторам то, чего в их работах нет» [Вишняцкий Л.Б. «Обезьяна в нокауте? Новая победа отечественной философии...» // В защиту науки. – Бюллетень № 7. – М., 2010. – http://www.ras.ru/digest/fdigestlist/bulletin.aspx. Всякий хороший специалист по этим признакам определит степень научности читаемой работы. Но как быть тем, кто специалистом в соответствующей области пока не является? Многие исследователи сейчас стремятся работать на стыке наук, и им нужен инструмент, который бы позволил, заглядывая в соседние области, не тратить время на осмысление хотя бы совсем заведомой чуши.

Как выяснилось, лженаучные работы имеют целый ряд характерных внешних признаков. Для того, чтобы определить степень научности работы, имеет смысл обратить внимание на следующее.

1). Посмотреть, что читал автор. И сколько. О происхождении языка сейчас пишут многие, проводятся исследования, проливающие свет на разные его аспекты, так что если в библиографии к книге упомянуто лишь десятка полтора работ, и те – не позднее середины XX века и только по-русски, это сразу настораживает: как автор в такой ситуации может быть уверен, что не повторил уже сделанное кем-то открытие? Как он может быть уверен, что учёл все релевантные для своей гипотезы факты?

В одной из работ, присланных на сайт Антропогенез.ру в надежде на публикацию, библиография состояла из трёх пунктов:

И.М. Сеченов «Рефлексы головного мозга», 1863.
И.П. Павлов «Лекции о работе главных пищеварительных желёз», 1897.
Е.И. Бойко «Механизмы умственной деятельности», М., Педагогика, 1976.

На вопрос о том, откуда автор знает, что не повторил ничьего открытия, автор ответил, что эти три работы он прочёл внимательно и сделанных в них открытий не повторил.

Если автор ссылается только на свои собственные публикации, это заставляет отнестись к его работе с осторожностью: ведь даже для абсолютно новаторских исследований всегда существует возможность сослаться хотя бы так: «NN в своей обобщающей работе упоминает о данной проблеме лишь мельком [ссылка на страницу]», – это покажет читателю, что автор знаком по крайней мере с самыми авторитетными обобщающими работами в соответствующей области.
Если автор ссылается только на популярные работы, новостные сайты и т.п., это означает, что он либо поленился добираться до первоисточников (а лень – не то качество, которое отличает настоящего учёного), либо верит всему, что пишут в новостях, и не знает, что популярным авторам нередко свойственно ошибаться (а ещё чаще – упрощать, что тоже не прибавляет надёжности построениям, основанным на таких источниках).

2) Оценить степень общей аккуратности – много ли орфографических ошибок, неверных знаков препинания, лишних пробелов, разнобоя в форматировании, случаев отсутствия согласования в предложениях, единообразно ли оформлена библиография. Если автор пишет «какие-то слова могли появиться первыми, а какие, вторыми и, т.д.», не может правильно назвать цитируемых авторов, это вызывает подозрение. Если человеку не хватило добросовестности привести текст в приличный вид, велика вероятность, что столь же небрежен он был и при обдумывании своей теории, и при восприятии тех источников, которыми он пользовался, и при оценке надёжности этих источников. И вполне может оказаться, что источники он понял неверно или не отличил надёжные источники от ненадёжных. Часто такой автор вообще не ссылается на свои источники, он просто откуда-то помнит соответствующую информацию – и всё. Это значит, что он не озаботился проверкой того, не дала ли тут его память сбоя.

3) Оценить степень обобщения. Чем меньшее понятие имеет человек о предмете, тем более общими понятиями он склонен оперировать. Например, апеллирует к «местному диалекту представителей коренных африканских народностей» – не потрудившись узнать, что языков в Африке сильно больше полутора тысяч. Или говорит о том, что «у животных общение ограничивается проявлением эмоций», – никак не оговаривая ни референциальные системы предупреждения об опасности (как у верветок, различающих крики на орла, на леопарда и на змею), ни системы дистанционного наведения, как у пчёл или муравьёв. Тот, кто дал себе труд разобраться в предмете подробно, просто не сможет сказать «первобытный человек» – ему обязательно захочется уточнить, был ли это неандерталец, или хабилис, или кто-нибудь ещё (или даже назвать конкретные останки по инвентарному обозначению), уж очень они разные, не так легко подобрать признак, который характеризовал бы их всех в равной мере.
Вообще, одним из ярких отличий лжеучёных является их невнимание к датам и прочей конкретике. Например, человек, написавший, что «в США найден камень Розо с русскими письменами, которому более 200 000 лет» (см., например: http://wap.espejo.forum24.ru, явно не соотнёс это с информацией о том, что самая ранняя датировка появления человека нашего вида относит это событие к несколько более позднему времени (195±5 тыс. лет назад), а для появления людей в Америке никто не предлагает дат ранее 30 тысяч лет назад (наиболее принята, по-видимому, дата порядка 13–15 тыс. лет назад).

4) Посмотреть, что автор приводит в поддержку своей идеи. Все понимают, что наибольшей убедительностью обладает утверждение, основанное на фактах. Но не все, увы, умеют не путать факты с мнениями. Приведу в качестве примера цитату с сайта wap.espejo.forum24.ru: «Вот некоторые факты, подтверждающие это утверждение: – «Славяне задолго до Рождества Христова письмо имели», – Екатерина II. – «Подлинно же славяне задолго до Христа и славяно-руссы собственно до Владимира письмо имели, в чём нам многие древние писатели свидетельствуют…», – Василий Никитич Татищев». Мнения Екатерины и Татищева могут служить фактическим материалом для истории русской научной мысли, но наличие древней письменности можно надёжно подтвердить только находкой соответствующих памятников. Если автор вместо фактов приводит мнения, это наводит на мысль, что настоящих фактов, которые подтверждали бы его гипотезу, просто нет.
Те, чьи гипотезы не имеют фактических подтверждений, любят вместо фактов ссылаться на их отсутствие.
Вот, например, чем можно подтвердить гипотезу «водной обезьяны» (http://samlib.ru/t/turow_w_a/bylailinetewoljucija.shtml): «Следы настоящей эволюции человека, возможно, скрыты в болотах и реках недоступных районов Русского Севера, которые изучены меньше, чем Антарктида». То, что этот пассаж не в меньшей степени годится и для подтверждения множества других гипотез, автора не смущает, – но внимательного читателя должно насторожить.
Нередко в дело идут даже известные подделки – Велесова книга для древней истории славян, Пильтдаунский «эоантроп» для происхождения человека. Доказательства их поддельности давно получены и достаточно широко известны, так что автор, использующий их в качестве аргументов в пользу своей идеи, предстаёт либо достаточно неграмотным, чтобы этих доказательств не знать, либо шарлатаном, надеющимся, что читатель «проглотит» даже такую откровенную ложь.
За недостатком фактического материала лжеучёные часто используют собственные, придуманные ими самими сценарии, как, например, такой: «Особь взяла палку, услышав голос своего врага. Через некоторое время она услышала выработанный в сообществе, голосовой сигнал о нападении этого же врага и взмахами находящейся в руке палки отогнала его» (авторская пунктуация сохранена. – С.Б.). Вполне возможно, что так оно и было – но не в меньшей степени возможно, что было совсем иначе. В любом случае, для того чтобы можно было выбрать из этих вариантов верный, простого приведения одного из них (любого) недостаточно. В языке есть слова, самим своим появлением создающие соответствующее событие: например, произнесение слова «поздравляю» уже является событием поздравления. Но слова типа «особь взяла палку» к этой группе не принадлежат и, соответственно, не создают нужных автору событий самим фактом своего произнесения (или написания).
Наиболее убедительным (судя по частоте использования) лжеучёные считают апелляцию к интуиции и «очевидности», ср., например: «мы имеем возможность, исходя из интуиции, или же из опыта, “изобретать” последовательность первичной лексики и, расположение слов в этой последовательности в первичном языке» (авторская пунктуация сохранена. – С.Б.). Вопроса о том, почему его, городского жителя Европы XXI века, интуиция должна совпадать с интуицией африканского архантропа (вообще говоря, представителя другого вида), автор себе не задал.
Если учёный непременно даёт определения используемым им терминам, то лжеучёный считает, что соответствующие понятия надо «видеть» или «почувствовать». Вообще, лженаучные тексты нередко отличаются повышенной эмоциональностью: в них широко применяется выделение жирным шрифтом и заглавными буквами (ср., например, любые публикации А.Т. Фоменко и Г.В. Носовского по «новой хронологии»), восклицательные знаки (ср., например: «Найдены золотые пластины с руническим письмом Славяно-Ариев в 1875 году в Румынии! Они имеют содержательную форму диалога и были сделаны несколько тысяч лет назад!» [http://wap.espejo.forum24.ru/?1-11-20-00000037-000-0-0]); используется эмоционально окрашенная лексика (например, представители традиционной науки могут именоваться «косными» и «замшелыми»).
В целом, по-видимому, можно сказать, что учёный относится к своим построениям рационально, а лжеучёный – эмоционально, аргументы против его теории вызывают у него примерно такие же ощущения, как если бы кто-то стал рвать его любимую книжку или вытаптывать взлелеянную его руками клумбу. И именно поэтому в его статьях часто встречаются восклицательные знаки и слова, набранные заглавными буквами: он стремится (неосознанно, конечно, – шарлатанов мы здесь не рассматриваем) заразить читателя своей эмоцией, будучи уверен, что если читатель разделит его чувства, то станет его единомышленником. И нередко, кстати, оказывается прав – его идеями (при любой степени их бредовости) не проникнуться, слушая его, почти так же трудно, как не зевнуть, видя сладко зевающего человека.

5) Посмотреть, каким способом автор борется с противоположными идеями. Учёный приводит противоположную идею, называет её автора и источник, рассматривает приводимые этим автором аргументы в её поддержку и разбивает их при помощи фактов (именно фактов, а не мнений, отсылок к неизвестному или собственных сценариев); если все аргументы разбить не удаётся, говорит, что в его пользу фактов больше (и приводит эти самые факты). Лжеучёный чаще всего вовсе не разбирает противоположные идеи. Так, например, автор текста про «камень Розо с русскими письменами» мог бы написать, что, мол, обычно для появления человека / русского языка в его современном виде / письменности называются более поздние даты (а именно, такие-то), но у него есть такие-то и такие-то основания для того, чтобы их оспорить, – однако же он этого не сделал. Внимательный читатель вправе задать себе вопрос: почему – не потому ли, что этих самых оснований просто нет? (Кстати, настоящий учёный непременно стремится привести противоположную точку зрения и факты, заставляющие её отвергнуть, в том числе и потому, чтобы читатель не думал, что автор либо просто незнаком с этой точкой зрения, либо отвергает её без достаточных оснований.)
Если же противоположные идеи присутствуют в работе лжеучёного, то они либо просто упомянуты, либо заклеймлены какой-нибудь хлёсткой эмоционально окрашенной фразой (принадлежащей либо самому создателю текста, либо какому-нибудь автору, являющемуся для него авторитетом). Не останавливаясь на них подробно, лжеучёный сразу переходит к изложению собственной гипотезы.
Наиболее изощрённые лжеучёные применяют технологию «полемики с оглуплённым оппонентом»: представителю противоположной точки зрения приписываются явно идиотические идеи, и именно их автор (с успехом) и оспаривает. Впрочем, этот последний критерий труден для применения неспециалистами; тот, кто обладает достаточными знаниями, чтобы оценить, насколько автор оглупляет своих оппонентов, обычно в состоянии воспользоваться критериями Л.Б. Вишняцкого – оценить, насколько автор владеет материалом соответствующей области, насколько верно он цитирует, не перевирает ли терминов и фамилий и т.п.

6) И, наконец, наиболее существенный момент. Любая гипотеза, претендующая на научную значимость, должна согласовываться с уже установленным знанием (например, не исходить из того, что Солнце вращается вокруг Земли или из того, что шимпанзе не умеют пользоваться орудиями). Если автор высказывает гипотезу, резко расходящуюся с тем, что уже известно и признано, и никак не комментирует этого, весьма вероятно, что его работа находится за рамками науки.
Разумеется, отсутствие перечисленных признаков лженаучности не гарантирует, что выводы автора верны, но зато их наличие – практически стопроцентная гарантия обратного. Таким образом, если перед чтением работы в новой для себя области оценивать степень её научности, можно существенно уменьшить время на ознакомление с заведомо бесполезными построениями и тем самым увеличить эффективность собственной работы.

P.S. Настоящая работа не является полноценным научным исследованием, она лишь обобщает и систематизирует (неизбежно ограниченный) опыт автора в надежде, что это окажется полезным для читателей.

http://antropogenez.ru/article/530/ - цинк

PS. Собственно, я примерно так и подхожу к оценке той или иной исторической книги, когда оцениваю ее полезность и научность. Как правило сначала смотрю оглавление и заголовки, где эмоциональность и крикликовость, сразу настораживают. Отсутствие библиографии или же наличие ее в виде обрубка из нескольких источников слабо стыкующихся с самой работой, так же наглядно говорит о качестве такой книги. Ну и как правило во вступление уже можно понять, на что претендует автор - противопоставить себя современной историографии в духе Резуна или Фоменко ("коммунистические истории все врали, но я расскажу вам обжигающую правду" или же "официальная хронология все врет, но я открою вам свет истины"), сразу много говорит о таких работах. Касательно же содержания, если автор по ходу книги очевидно допускает фактические ошибки (сознательные или нет), это ставит серьезный вопрос о его квалификации как исследователя и резко снижает доверие к дальнейшим выводам полученным из неверных предпосылок.
Разумеется, после знакомства с хотя бы одним таким трудом уже вполне можно составить мнение об авторе в целом и не тратить время на чтение других его опусов, которых порой один такой "срыватель покровов" может наплодить очень много в острых приступах графомании.

В целом же, в связи с деградацией системы образования и  оглупляющего влияния СМИ, вопрос об отделении научных работ от лженаучных, сейчас весьма актуален и нетривиален даже для специалистов, которые порой исходя из каких-то конъюнктурных соображений или же собственного невежества, выступают в поддержку лженаучных теорий, как это было к примеру с "фильтрами Петрика", когда некоторые работники РАН поддерживали эту очевидную лженаучную теорию о "целебных фильтрах Петрика".
Задача борьбы с лженаукой и популяризация научного подхода, является на сегодня одной из важных задач, без решения которой о выздоровлении общества говорить не приходиться.

Подписаться на Telegram канал colonelcassad

promo colonelcassad июнь 11, 17:10 172
Buy for 750 tokens
На днях пересекся в Севастополя с Максимом Григорьевым, которого хорошо знаю еще по 2014-2015 году, когда он подготовил два отличных отчета, где были задокументированы военные преступления, пытки и факты жестокого обращения со стороны ВСУ, СБУ и МВД Украины за 2014-2015 года…

  • 1

остаётся выяснить

марксизм - это научное течение или нет?

Re: остаётся выяснить

Марксизм предоставляет обширный инструментарий научных методов познания мира, что отражено в соответствующей теории и подтверждено многолетней практикой.
Чтобы оценить научность марксизма, достаточно изучить ту роль, которую он сыграл для формирования представлений человека об экономике, политике и обществе.

(Удалённый комментарий)
(Удалённый комментарий)
(Удалённый комментарий)
(Удалённый комментарий)
Ещё Переслегин писал:
«Напомню, что основными признаками лженаучной публикации являются: (1) отсутствие ссылок на работы предшественников или необязательность таких ссылок, (2) стремление автора решать глобальные проблемы, научные или общественные, (3) склонность к необоснованной генерализации, (4) склонность к сенсационности, (5) отступление от общепринятого стиля научных публикаций, (6) игнорирование фактов, не укладывающихся в рабочую гипотезу автора.
Давно подмечено, что публикации А.Эйнштейна по специальной теории относительности и работы Д.Менделеева по Периодическому закону отвечают всем критериям лженауки. Что касается А.Вегенера, автора концепции дрейфа материков, то он был прямо обвинен в шарлатанстве и незнании основ геологии…»
По тому же Переслегину, расцвет лженауки вызван тем, что наука утеряла одну из своих базовых функций - генерацию новых смыслов. Поэтому эту функцию и взяла на себя лженаука.

скорее наука перестала в полной мере выполнять свою основную функцию - познание окружающего мира, общества и человека, замкнувшись в своих узкосектанских понятиях и превратившись в инструмент сшибания бабла с окружающих в том числе и за счёт поддержания процесса распространения невежества в обществе. К нынешней науке в полной мере отнести поговорку "Врачующий, излечись сам!"

Edited at 2013-11-28 03:32 (UTC)

в принципе всё верно...

...только насторожили странные для настоящего ученого сомнения в верности теории эволюции. Надеюсь, это мне только показалось. Ибо если данный учёный сомневается в теории эволюции - она противоречит самой себе, а именно п.6 этой в целом хорошей заметки.

Ввиду сомнения в данном моменте решил не распространять эту заметку. Хотя советы верны и возьму их на вооружение.

Re: в принципе всё верно...

Ну этот сайт скорее регулярно пинает тех, кто катит бочку на теорию эволюции.

Статья хорошая.
Борис, непонятно только: какое отношение к статье имеют постики (твиты?) начальные некоего "Сергея Дмитриева"? Они для иллюстрации чего приведены?
Этот психиатрический "бред наяву" не имеет отношения ни к науке, ни ДАЖЕ к лженауке.))

Edited at 2013-11-28 04:24 (UTC)

Это как иллюстрация, ибо такие частные проявления, есть следствие различных лженаучных исторических теорий.

Интересно, что атеистические ислледоания религий попадают под большинсто признаков лженауки.

Edited at 2013-11-28 04:24 (UTC)

Вообще-то, наука - это то, что таковой считает научное сообщество или его часть. Никакого универсального и свободного от субъективных мнений определения науки _не существует.
Лженаукой, соответственно, называют то, что активно не нравится, часто просто не понимается, и не может быть принято, но обосновать это "по-научному" никак не получается.
Тетенька, пытаясь дать определение тому, что такое лженаука, создала текст, который и сам подпадает под ее собственное определение (обычно именно так подобные попытки и заканчиваются, она тут не первая, кто лженаучно разоблачает лженауку).
Она, для начала, по-видимому, даже не знает о том, что есть такая сфера знаний, как науковедение, книжек по науковедению, философии и истории науки не читывала.
Она совершенно невежественна в психологии и не очень хорошо владеет русским языком, иначе бы не написала, что "можно сказать, что учёный относится к своим построениям рационально, а лжеучёный – эмоционально". Она тут, поди, хотела сказать, что тексты "лжеученых" не свободны от выражения эмоций, т.е. они не владеют тем стилем научных публикаций, который представляется ей единственно возможным. Это говорит о том, что она и ни одной работы тех, кого принято называть классиками науки, не читала, не знает, что и сугубо научные труды (классика науки же!) писали вовсе не обязательно тем суконным языком, к которому она приучена.
И что тут самое забавное, что она сама, по-видимому, занимается именно проблемами происхождения языка, которые, безусловно, интересны, но вряд ли имеют к науке прямое отношение. Потому что науке тут просто нечего делать, человек обрел речь, способность говорить неопределенно давно, неопределенным образом. На этот счет можно бесконечно фантазировать (строить гипотезы) более и менее правдоподобно, но _проверить тут ничего невозможно.
Всякая "теория" происхождения языка с необходимостью будет строиться (строилась и строится) на основе значительного количества постулатов (утверждений, принимаемых на веру), которые, кстати, ни к лингвистике, ни к филологии никакого отношения в своем большинстве иметь не будут. Потому любая такая "теория" будет являться предметом веры. Каковой предмет одни будут признавать "наукой", а другие - не будут.
Тому, кто хочет понять, что такое наука, обязательно надо прочесть книгу Томаса Куна "Структура научных революций", она давным-давно имеется и на русском языке.

Интересно, тут фоменкоиды-чудиновцы скоро появятся?

Ну у меня фоменковцев не то чтобы много пасется. Изредка набегают.

Цель науки - познание окружающего мира и на основе полученных знаний его преобразование. При этом многие забывают, что уже познанное "абсолютной истиной" часто не является и о нём можно говорить как об "относительной истине". С другой стороны, есть просто шарлатаны, психически нездоровые люди и политиканствующие шарлатаны. Но вот этого догматики и не хотят видеть и признавать, а в результате начинается "борьба с лженаукой", в которой достается всем: и правым и виноватым. А в результате истина становится еще дальше от нас.

История и пропаганда

Но с другой стороны, история давно уже стала основой пропаганды, и у каждой страны она своя. Кто владеет прошлым, тому принадлежит и будущее. Убеждение многих американцем в своей исключительности во многом основано в том числе на преподавании истории в русле америкоцентризма, где демократические цивилизаторы освободили мир от Сталина и Гитлера и в одиночку победили кровавых английских колонизаторов. Не даром главный удар русофобы делают именно по Советской истории, а не теории и практике. Мифы "Сталин хотел напасть на Гитлера", "Пол страны сидело, пол страны охраняло" и т.д. действуют гораздо сильнее мифов о пустых полках. Может, гротескная героизация нашего прошлого, в том числе сильно дальнего (да, да я про Задорного, Фоменко и т.д.) не так уж и плохо для широких масс? Это создает отличный идеологический фундамент для гордости за свой народ и предпосылки для возрождения страны. А научной историей пусть занимаются историки.

Edited at 2013-11-28 08:09 (UTC)

Re: История и пропаганда

Ну тут нет или-или. Бьют и по истории, и по идеологии, и по научному мышлению. Информационно-психологическая война против СССР изначально имела комплексный характер, где удары наносились сразу по нескольким ключевым пунктам.

1. Цитируемый Вами автор, несмотря на обширные познания и научные звания, все таки дилетант в филологии. Это постоянное прыгание с происхождения языка на происхождения речи. "...Обилие информации, приводимой автором ..., может создавать иллюзию его компетентности" - это в первую очередь относится к ней же.
---- Основной вопрос, на который она не сможет ответить: "Как ребенок изучает язык". "Попугайская" теория, излагаемая в учебниках и монографиях хороша для попугаев. Соответственно, уважаемая Бурлак не знает информационного ядра русского языка, не говоря уже о неродных языках. А ведь только после сравнения информационных ядер всех известных языков можно судить о родстве языков и происхождении речи.

2. Помещать в список литературы книги есть смысл только в случае их цитирования в работе. Практически во всех книгах касающихся вопросов филологии и происхождения языка, прочитанных мною, ошибочное суждение закладывалось еще во введении, максимум в 1-й главе. В дальнейшем все "научные" построения опирались на это суждение, как на истинное. И с какой стати я должен эти книги цитировать?
3. У меня целая куча фактов, будет охота - заходите. Но рекомендую, для начала, ознакомится с методиками преодоления психологического барьера. Пригодится;)
4. Защищать науку обязательно нужно, в том числе и от "наукообразного" мусора, накопленного в ней.

Посмотрел в ваш блог и уши мои завяли.
Но, надо сказать, ваше лженаучное учение довольно забавно и оригинально.
Чем-то напоминает расшифровку русского языка по Трехлебову, но другое, с уклоном в иероглифы.
Бросайте всё, пишите фэнтези.

Н-даааа. Первый комментарий и столько ... всего. Попали во что-то.

Как обычно, написавший уныло опубликовал.

  • 1